При подозрении на злокачественную опухоль во время

При подозрении на злокачественную опухоль во время лапароскопии производили забор биоптатов и готовили из них мазки-отпечатки. Цитологический статус перитонеальной жидкости у здоровых женщин (контрольная группа) характеризовался наличием единичных или групповых клеток мезотелия нормального строения, а также небольшого количества неизмененных эритроцитов, попавших при взятии аспирата или проникших в брюшную полость путем диапедеза. В I группе при зрелых тератомах цитологическая картина перитонеальной жидкости была следующей. У 11 (78,6%) пациенток отмечали клеточный состав (лимфоциты, гистиоциты, белковый преципитат), наблюдаемый при воспалительном процессе. Реактивные и дистрофические изменения клеток мезотелия обнаружили у 8 (57,1%) больных. По данным бактериоскопического и иммуноферментного анализов, у этих пациенток выявлен генитальный хламидиоз и уреаплазмоз.

По данным осмотра органов малого таза, имел место сальпингоофорит и выраженный фиброзно-спаечный процесс. Гистологически доказано наличие воспалительного процесса половых органов (лимфогистиоцитарная инфильтрация маточных труб, признаки воспаления в стенках опухолей). Пролиферацию клеток мезотелия в перитонеальной жидкости обнаружили в 2 (14,3%) случаях на фоне сальпингоофорита и плоскостных свежих желатиноподобных спаек. Бесструктурное гомогенное вещество получили у 3 (21,4%) больных с сопутствующим эндометриозом брюшины. Только у 2 (14,3%) пациенток 15 и 20 лет, отрицавших половую жизнь, была выявлена нормальная цитологическая картина (эритроциты, группы клеток мезотелия без особенностей, отсутствие других клеточных элементов) перитонеальной жидкости.

В мазках из жидкостного содержимого зрелых тератом у 13 (92,9%) пациенток обнаружили капли жира, у 11 (78,6%) — жировой детрит, у 12 (85,7%) — макрофаги. Элементы фиброза и фибриновые волокна выявили в 3 (21,4%) случаях. Присутствие волос в 50% случаев сопровождалось обнаружением при цитологическом исследовании роговых чешуек. У 2 (14,3%) пациенток из этой группы эндоскопически опухоль визуализировали в виде двухкамерного образования с прозрачным жидкостным и жировым компонентами. Цитологически состав обоих аспиратов включал роговые чешуйки, белковый преципитат, капли жира, лимфоциты, аморфные массы и макрофаги. Цитограмма жирового компонента не отличалась от таковых при однокамерных зрелых тератомах. Ни у одной больной с эндометриоидными опухолями яичников (II группа) не было выявлено нормальной цитологической картины перитонеальной жидкости.

Так, элементы крови обнаружили у 11 (73,3%) пациенток с длительностью заболевания более 5 лет и III—IV степенью распространения наружного эндометриоза. Бесструктурное гомогенное вещество, единичные группы клеток цилиндрического эпителия, напоминающие клетки эндометрия с дегенеративными изменениями, отмечали у 9 (60,0%) обследованных при перфорации стенки опухоли. В 10 (66,7%) случаях с бесплодием обнаружено большое количество макрофагов, значительное количество групп и пластов клеток мезотелия с пролиферативными, дистрофическими и дегенеративными изменениями. Единичные клетки мезотелия обычного вида были выявлены лишь у 2 (13,3%) больных при длительности эндометриоза менее 1,5 года и I степени распространения. Клеточные элементы, характерные для воспалительного процесса, отмечены у 13 (86,7%) пациенток.

Из них у 9 лапароскопически наблюдали признаки сальпингоофорита, у 2 — лабораторно выявили генитальный хламидиоз и уреаплазмоз. Фон цитологических препаратов из содержимого эндометриоидных опухолей яичников был взаимосвязан со степенью распространения, длительностью эндометриоза и фазой менструального цикла. Так, детрит встречался в 12 (80%) случаях при II—IV степени заболевания и длительности процесса более 2 лет. В лютеиновую фазу цикла у 9 (60%) пациенток наблюдали единичные группы клеток призматического эпителия с дегенеративными изменениями, сходные с эндометрием, и макрофаги в большом количестве. В перименструальный период у 6 (40%) женщин визуализировали нормальные и реактивно измененные эритроциты, в раннюю фолликулиновую фазу — только макрофаги. При серозных цистаденомах (III группа) в перитонеальной жидкости в 100% случаев обнаружены элементы воспаления: у 4 (57,1%) пациенток — небольшое количество гистиоцитов, у 7 (100%) — умеренное количество лимфоцитов, у 3 (42,9%) — белковый преципитат. В 3 (42,9%) случаях отмечали выраженное скопление пластов клеток мезотелия с пролиферативными, реактивными и дегенеративными изменениями.

Комментарии закрыты.