В этих работах проводилось сравнение ФП с будесонидом

В этих работах проводилось сравнение ФП с будесонидом и БДП. Во всех исследованиях продемонстрировано, что ФП меньше влияет на СЛР пациентов, хотя различия не достигали порога, свидетельствующего о существенной клинической значимости (1 см/год). При анализе исследований “реальной жизни” (4-го типа) было установлено, что ни один из ИГКС не оказывает влияния на конечный рост пациентов. Таким образом, можно сделать вывод, что ИГКС при назначении в средних и высоких дозах способны уменьшать СЛР детей с БА в среднем на 0,8–1,3 см/год. Данный феномен проявляется преимущественно в первые два года лечения. По способности влиять на линейный рост детей между ИГКС существуют достоверные различия, при этом ФП в дозах 100 и 200 мкг/сут оказывает наименьшее воздействие на данный показатель.

Долговременная и краткосрочная терапия ИГКС не оказывает влияния на конечный рост пациентов. Уровень кортизола в плазме поддерживается секрецией надпочечников и регулируется адренокортикотропным гормоном (АКТГ). В течение дня уровень кортизола колеблется в диапазоне 100–300 нмоль/л. Ночью происходит выброс АКТГ, приводящий к утреннему возрастанию плазменной концентрации кортизола до 1000 нмоль/л. Существуют индивидуальные различия во времени, когда отмечается максимальная активность надпочечников, но обычно пик концентрации кортизола приходится между 6 и 10 ч утра. Для оценки функции надпочечников используются различные методы. Традиционно в качестве скрининга для выявления угнетения гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системы используется однократное определение уровня сывороточного кортизола в утренние часы. Однако существует вероятность, что утренний подъем концентрации кортизола может быть пропущен, особенно если он возникает позже 8 ч утра.

Измерение уровня кортизола в сыворотке в ночное время позволяет оценить базальную секрецию надпочечников, однако физиологическое значение этого показателя не вполне ясно. Наиболее удобным и информативным тестом считается проба с кортикотропином. Результат теста считается нормальным, если отмечается возрастание уровня кортизола в плазме на 220 нмоль/л или регистрируется пик кортизола ЎЭ500 нмоль/л. Многочисленными исследованиями показано, что назначение ИГКС в низких и средних дозах не оказывает влияния на уровень кортизола в утренние часы. При использовании высоких доз ИГКС отмечается умеренное снижение кортизола в сыворотке, которое менее выражено при применении ФП, чем БДП. В ряде исследований продемонстрировано снижение ночного уровня кортизола в моче или крови при назначении 400 мкг/сут БДП, но клиническое значение этого неясно. В июне 2002 г. впервые были описаны 4 случая развития острого надпочечникового криза у больных БА, длительно получавших высокие дозы ИГКС (1 взрослый и 3 детей 7–9 лет). Клинические случаи надпочечникового криза у детей достаточно похожи. Трое детей со среднетяжелой БА в течение длительного времени (от 5 мес до 5 лет) получали высокие дозы ИГКС (БДП 2000 мкг/сут, ФП 500–2000 мкг/сут). Основанием для назначения ИГКС явился вариант заболевания, охарактеризованный как “сложная для контроля астма”.

Во всех случаях развивались судороги на фоне гипогликемии (1,3–1,8 ммоль/л). Один из этих пациентов поступил в коме. Во всех случаях внутривенное введение глюкозы и системных ГКС привело к быстрому улучшению состояния детей. Уровень кортизола в сыворотке был низким. Проведение пробы с кортикотропином позволило сделать заключение о вторичной супрессии надпочечников. При этом в течение предшествующего года один пациент принимал преднизолон в дозе 20 мг/сут на протяжении лишь 15 дней, остальные дети системных ГКС не получали.

Комментарии закрыты.